вторник, 19 января 2010 г.

Рождество.
В Европе, да и во многих христианских странах это один из самых замечательных праздников, которого ждут с нетерпением и надеждой. В нашей стране это новый год, его пришлось мифологизировать, чтобы заместить в сознании граждан “буржуазное” Рождество. Ну и ладно, бог им судья. Но остальной мир в конце года празднует Рождество.
Никогда не понимал, почему наша православная церковь впереди планеты всей перенесла этот праздник на странное 7 января, но вот на Кипре тоже вера православная, однако Рождество отмечают, как и все, 25 декабря.
Отмечают с удовольствием, и невозможно не попасть под очарование ожидания чего-то волшебного. Моё пребывание в этой стране подходит к концу, по крайней мере на какое-то время, так что тем более хотелось чего-то особенного. В какой-то степени к сожалению, но при всей популярности этот праздник на Кипре не сравнится с таким же где-нибудь в Финляндии - не те масштабы, всё-таки Кипр страна отсталая, патриархальная...
Место для празднования было выбрано, как часто случается, совершенно случайно. Мы вдвоём с супругой как-то заехали в горную деревушку Омодус (Omodus) и сразу поняли - это оно.

Погуляли по изумительно красивым узким улочкам, посетили традиционный кипрский деревенский дом, купили местного вина и зашли пообедать в крохотный, но очень уютный ресторанчик Yanni. Он единственный, который не рассчитан на туристов, то есть, на них и рассчитан, но не на тех, кто приезжает толпой в огромном автобусе, а на тех, кто сумеет сам добраться и разобраться.

К нам вышел хозяин собственной персоной, очень обаятельный мужчина средних лет по имени Ставрос (это я уже потом узнал, разумеется). Он провел нас в обеденный зал и сказал, что меню у него нет. Это ресторан домашней кухни, здесь едят то, что приготовит повар. :) В тот день было клефтико. :) Ну и местное вино. Клефтико - это куски баранины, которые варятся в закрытой ёмкости от 5 до 12 часов, подаётся с картошкой и всякими вкусняшками.

Так вот, еда была настолько вкусная, а место настолько уютное, что я спросил его - а можно ли там отметить Рождество. На что хозяин сообщил, что разумеется можно, что он держит и guest house, а именно в Рождество соберётся узкий круг людей, будет ужин, цельный поросёнок, и вообще... :) Всё удовольствие - 170 евро. Мы согласились.
Вечером 24 декабря мы сели в машину и приехали в эту деревню. Шёл дождик, а потом стало весьма прохладно - в ту ночь выше в горах выпал снег. Мы оставили машину на стоянке и пошли в ресторанчик, прихватив с собой рождественскую корзину в виде подарка. Ставрос нас радостно встретил, в баре уже горел камин, нам сразу налили по порции бурбона Jack Daniel’s, мы отправили парнишку за багажом и устроились в уютном уголке.

Когда притащили багаж, нам показали комнату, прямо над баром. Нужно подняться по узенькой крутой лесенке на террасу, а там две двери в комнаты. Комнаты потрясающе уютные, в деревенском стиле. Огромная кровать под балдахином, коврики ручного плетения, но при этом - кондиционер, обогреватель, крохотная, но великолепно оборудованная кухонька и санузел с хорошей душевой кабиной. Поверьте, в горной деревне это производит впечатление. Мы вновь спустились в бар и раслаблялись, наблюдая за появлением гостей. мне было крайне интересно, кто же придёт. Как и ожидалось, компания подобралась забавная. Правительственный чиновник из Никосии с семьёй, греческий полковник с семьёй, какой-то певец-музыкант с подругой и целая компания местных уважаемых людей с семьями. Вскоре пришёл музыкант, сел за пианино и принялся наигрывать вперемежку джазовые и национальные мелодии.
Атмосфера была настолько уютной, что и не передать: в камине потрескивают дрова, играет негромкая музыка, люди беседуют, знакомятся. Очень приятно и по-семейному.

И пока все расслаблялись, начали носить закуски. Еда была по-домашнему простой, но традиционной и очень вкусной. Соусы местного приготовления, различные “стартеры”, какие-то невероятно вкусные салатики. Например, салат из курицы с гранатовыми зёрнами и какими-то орехами. Кусочки тыквы, фаршированные поджаренным рисом с миндалём и специями. И ещё десятки, названия которых я не знаю, а составные части просто не разобрал, даже с объяснениями Ставроса - не ведомы мне эти термины. Но пробовал всё - и всё понравилось. Ну а потом главный герой вечера - поросёнок! Всем принесли по куску, но Ставрос объяснил, что это для того, чтобы блюдо не остывало, а кто хочет ещё - пусть говорит. Мы слопали по две порции - это было настолько вкусно даже после нескольких десятков закусок. Всё запивалось домашним вином из погреба Ставроса.

И пока мы доедали поросёнка, музыкант взял гитару и начал перемещаться по бару, чтобы спеть с каждым и для каждого. Постепенно тарелки убрали, принесли кофе, я задымил сигарой... Тихое пение музыканта оказалось заразительным, люди начали подпевать, откуда-то притащили бубен, разные музыкальные гремелки - концерт стал массовым! :)

Пели все, даже мы, не зная слов. :) Правда, специально для нас исполнили романс “Дорогой длинною” на греческом. :)

Когда у Ставроса выдалась свободная минутка, мы посидели, поговорили. Чтобы создать семейную атмосферу, он вкладывает массу усилий, вплоть до воспитания сотрудников в соответствующем стиле. И он подтвердил мою мысль, что по его задумке, ресторан и вообще заведение - не для всех. Не массовое, скажем так. Любителям “гульбы” там делать нечего, и им там не рады. Ну, я мог только приветствовать такой подход, поскольку сам считаю точно так же. Часам к двум ночи все начали расходиться, мы тоже немного прогулялись и отправились спать, с надеждой сходить на рождественскую службу в церковь. Дело в том, что в Омодусе находится монастырь с церковью, весьма древний, в нём хранится часть креста христова, он таки и называется - Монастырь Святого Креста. Ровно в 5 часов утра зазвонили колокола часовни. Звонили долго, красиво, люди потянулись узкими улочками в сторону церкви. А мы - не смогли. Сил не было. :)

На завтра погода разгулялась, приехали друзья, отмечавшие праздник в пафосном русском ресторане и оставшиеся недовольными...

Им тоже очень понравилась и деревня и ресторан Yanni. Мы посидели на террасе, пообедали - это может быть отдельный рассказ, с таким же огромным количеством закусок и большой индейкой - и бескрайне довольные поехали обратно в Лимассол. Честно говоря, я даже подустал от непрерывного радушия.

Могу сказать, что это было лучшее Рождество в моей жизни. Если у вас будет возможность посетить это место - не упускайте её.

вторник, 25 сентября 2007 г.

Финляндия

Если хотите снять стресс за короткое время, то езжайте в Финляндию.
Там всё так правильно, тихо, спокойно, равномерно, что за какие-то три дня выключаешься изо всего. Как будто ничего и не было вообще.
Да, возвращение на родину после такого расслабления даётся тяжело. Вы подъезжаете к границе с той стороны, наблюдая изумительно красивый лес, наслаждаясь ровной трассой (они, очевидно, не боятся танковых броской, поэтому не строят серпантины), прорезанной в красивейших скалах. В придорожных кафе вам улыбаются. Финский пограничник, конечно, уставший и не очень довольный наплывом туристов, мгновенно ставит вам в паспорт штамп, и вы продолжаете движение.
И вот Россия. Наглые и злобные пограничники, мечтающие только о том, чтобы нахамить. Причём, большинство из них - молодые девицы. Судя по всему, их душит злоба на то, что вы ездили за границу без них. :) Паспорт проверяют трижды на протяжении двух километров пути. Сразу после пересечения условной границы вы можете наблюдать стандартную российскую достопримечательность - огромную помойку возле дороги под огромным плакатом "Водитель! Не бросай мусор из окна!" И вся обочина завалена мусором. А на финской стороне таких плакатов нет. Странно. И далее - лес не лес, а буерак.
Поэтому обратно ехать трудно. Но цель-то достигнута - стресс убит наповал. :)

четверг, 13 сентября 2007 г.

В мире есть два типа людей, мой друг...



... те, у кого револьвер заряжен, и те, кто копает.

Ох, раскопал я вчера в своих залежах три коробочки с тремя фильмами. Наверное, самые мои любимые фильмы. Шедевры Серджио Леоне, классика "спагетти-вестернов". Что это такое и чем отличается от вестернов вообще? Да тем, что это лубок. В спагетти-вестернах события не имеют ничего общего с реальностью. Ставка делается не на сюжет, а на видеоряд, длинные и повторяющиеся кадры, необычные ракурсы. Вместо реалистичных историй - рубленые характеры.
Причём тут спагетти? Да просто самым известным режиссёром в этом жанре был Серджио Леоне, итальянец. Его фильмы просто изумительны. Их ругали критики, их клеймили за "картонность". Куда там. "Настоящие" вестерны давно забыты, а "спагетти" стали классикой. Не случайно в известнейшем фильме "Назад в будущее"они активно цитируются.

"Подготовь три гроба... Ошибочка, четыре."

Первым в трилогии стал фильм "A fisful of dollars" (За пригоршню долларов /Per un pugno di dollari). В этом фильма определился главный герой - блондинистый незнакомец с обветренным лицом и яркими глазами. Он немногословен, очень немногословен, он фантастически метко стреляет. Его цель - доллары, но он имеет принципы, которые никогда не переступает. Убить человека для него не проблема, но в качестве мишеней выступают только плохие парни. Здесь же сложился актёрский состав, так или иначе засветившийся и в последующих фильмах.
Интересный факт:
Будучи достаточно точным сюжетным римейком «Телохранителя» Куросавы, фильм в то же время никак не ссылался на первоисточник. Это вызвало судебный иск со стороны Куросавы о защите авторских прав. В письме Леоне японский режиссёр написал: «Это очень хороший фильм, но это мой фильм». Судебное разбирательство создатели фильма проиграли и был вынуждены выплатить компенсацию в размере 100 тысяч долларов и 15 % от всех кассовых сборов фильма, а также уступить права на прокат фильма в Японии, Южной Корее и на Тайване.

То, что в банке есть сейф не означает что там есть деньги

Вторым в серии был "For a few dollars more" (На несколько долларов больше /Per qualche dollaro in piu). По сути - развитие идеи, тот же незнакомец (Человек без имени), та же немногословность, бесстрашие и меткость. Сюжет несколько посложнее, линия, связанная с женщиной, подраматичнее и поглубже. но суть всё та же - карикатурный, но жестокий Дикий Запад, простые понятия о справедливости. И масса запоминающихся фраз.

Интересно, а куда герой Клинта Иствуда девал заработанные в конце каждого фильма деньги?

Есть два типа людей, мой друг: те, у кого веревка на шее, и те, кто её отстреливает

Ну и наконец, третья часть истории (это очень условно - часть - ведь фильмы между собой сюжетно не связаны, да и герой не один и тот же, просто каждый раз человек без имени), вобравшая в себя всё из первых двух и успешно их развившая. "The good, the bad and the ugly" (Хороший, плохой, злой /Il buono, il brutto, il cattivo). Почти три часа действие разворачивается на фоне Гражданской войны между Севером и Югом. Три часа гонки за золотом. И совершенно шикарный и потрясающий финал. Ну и Эннио Морриконе достиг в этом фильме высот саундтрека, написав мелодию, ставшую известной всему миру.

Якудза, часть третья

Японский журнал "Фамицу" разместил первую информацию о новой части довольно успешной игры "Yakuza".
Но не сама игра показалась мне интересной. Моё внимание привлекло оформление этой новости в журнале. Всё-таки японский печатный дизайн очень своеобразен. Даже не понимая ни одного иероглифа, можно получить эстетическое удовольствие от самой картинки. Журнал не столько для чтения, сколько для разглядывания. И то верно, главное-то что? Главное - эмоциональная составляющая.

среда, 12 сентября 2007 г.

Извращённость

Прошёл тест. Хотелось узнать,насколько я погряз в разврате. И изврате. А может, или...
Вот. Так вот что вышло:

Итак, по степени развращенности Вы - Невинный ангел
Вы чисты, как свежевыпавший снег на вершине Килиманджаро, и непорочны, как грудной ребенок! В атмосфере насилия, боли и страданий вы сумели пронести свою невинность, оставшись совершенно чистым и неиспорченным существом! Это чудо, и как только такое могло произойти в наши дни? Немедленно бегите в ближайший полицейский участок и требуйте бронированную камеру, иначе вряд ли вам удастся сохранить столь незамутненную кристальную чистоту хотя бы до вечера! Вокруг так много безнадежно испорченных извращенцев, готовых наброситься на любое проявление чистоты и невинности!
Пройти тест

Меломания

Мании, мании, сколько их вообще?
Я люблю музыку, могу сказать это совершенно точно. Но музыкальным слухом не обладаю. Может быть, именно, поэтому мне абсолютно всё равно, на чём именно записана музыка, в каком формате. Главное, чтобы не было шумов. Но есть индивидуумы, для которых главное заключено в другом. Вот замечательная цитата:



"Когда берешь настоящий ВИНИЛ в руки, когда он еще в полиэтилене, испытываешь чувство, близкое к оргазму (да, молодые люди, мы, старички, еще... отвлекся). Оргазм наступает, нет, надо потянуть... Не надо уподобляться плебеям и срывать полиэтилен, как будто это пачка сигарет, а не ВИНИЛ. Делается это так: берется острый ножичек, а лучче бритва и полиэтилен над-ре-за-ет-ся там, сами знаете где. Так вот, не снимая полиэтилена (петтинг), вы осторожно, трижды вымытыми в хлорке руками, двумя пальчиками по ребру, вынимаете ВИНИЛ. Аплодисменты, пожалуйста... Спасибо. Вы не торопитесь ставить новый (или целый) ВИНИЛ на вертушку, вы имеете право первой ночи и можете насладиться жирно блестящими дорожками без единой царапины, наклеечкой, которой позавидовал бы Матисс, Крамской и Кукрыниксы. Жаль, но жизнь диктует свое и вы, вдоволь насладившись созерцанием произведения искусства ставите ВИНИЛ (жаль, что не женское имя) на вертушечку. Ах! Как заискрились дорожки! Ой, что это? Пылинка... А вот еще одна... Предстоит очень приятная процедура. Берем бархоточку и нежными движениями чистим нашу пластинку, чувствуя, как она вздрагивает от наслаждения. Игла плавно опускается на дорожку, тихий шорох... И МУЗЫКА... НА ВИНИЛЕ... Гр-р-м-м...кхе-кхе...ох... Ну, чем вам не любовное свидание? А разве можно то же сказать о CD?"

Сумасшедшие? Больные? Что можно услышать в устаревшей форме записи в сравнении с новыми?
Но самое интересное, что я, в принципе, понимаю этих людей. Да, мне во многом всё равно, но чувство коллекционера мне знакомо. Только вот причём тут музыка? А?

Юмор богов

Юмор богов

— Мистер Браун? — молоденькая медсестра Кэтти, которая ежедневно ухаживала за Эдмоном Брауном, заглянула в роскошную палату класса «люкс». — Вы уже проснулись?
— Да, девочка, я уже проснулся. Причём уже довольно давно, лет сто пятьдесят тому... — последнюю фразу Браун пробормотал про себя.
— Как ваше самочувствие сегодня?
— Как у смертельно больного человека, — этот шутливый ритуал вошёл у них в привычку в последнее время.
Кэтти проскользнула в палату, пробежала взглядом по штабелю приборов и аппаратов поддержания жизнедеятельности организма пациента. Кто-то мог бы сказать, что ухаживать за стариком — это утомительная и неприятная работа для молодой девушки, однако Кэтти относилась к своим обязанностям очень ответственно, справедливо ожидая дивидендов в будущем.
— Боюсь, мистер Браун, у меня для вас печальные новости, — придав лицу подходящее выражение, сказала Кэтти.
— Неужели? И что же может стать ещё хуже?
— Сожалею, но вчерашний вечерний тест показал коллапсирующее ухудшение функционирования внутренних органов... Можно попытаться осуществить блокаду с заменой тканей на клеточном уровне, но...
— Короче говоря, девочка, сколько мне осталось... заниматься этим непотребством, демонстрируя своё... разваливающееся тело молоденьким девушкам? — Браун закашлялся, выдавив из себя фразу чуть длиннее обычной.
— Ну, видите ли... — Кэтти явно не хотелось говорить что-то определённое.
— Я слушаю...
— Максимум — двое суток, — выпалила медсестра.
— Очень хорошо... — Браун, казалось, испытал облегчение.
— Да, мистер Браун, я даже немного вам завидую.
— Завидуешь смерти, девочка? Или тому, что я... даже сигару не могу выкурить?
— Но вы же мистер Браун! Я уверена, что через два дня у вас начнётся новая жизнь, вы сможете сделать массу добрых поступков, может быть, вам позволят создать ещё несколько дубликатов... — Кэтти замолчала, немного погрустнев.
— А у тебя, девочка... сколько клонов?
— Что вы, мистер Браун, откуда у медсестры средства на содержание дубликатов? Вся надежда на эту работу, может быть я смогу набрать нужное количество баллов... Тогда мне создадут дубликат за счёт Церкви!
— Ты проверяла баланс? Ну, конечно же, наверное... просматриваешь статистику ежедневно...
— Увы, мистер Браун, это платная информация. Мне, конечно, очень хотелось бы узнать, но зачем? Пока ещё очень рано.
Не переставая говорить, Кэтти сноровисто поменяла бельё на постели Брауна, заменила воду в вазе с цветами, поправила шторы на широком окне и, наконец, остановилась перед постелью больного.
— Мы вызвали падре... Если вы не возражаете, он за дверью и готов приступить.
— Зови... Грифы слетелись... — Браун вновь зашептал еле слышно.
Кэтти вышла из палаты, но не успела захлопнуться дверь, как на пороге появился мужчина в сером костюме с воротником-стоечкой, гладкой причёской и холодным выражением водянистых серых глаз. В руках он держал плоский кожаный портфель.
— Мистер Браун? — вежливо сказал он.
— А то вы меня не знаете, — проворчал Браун в ответ.
— Моё имя Аввакум Захария, я представляю...
— Я знаю, кого вы представляете, падре... Ближе к делу. У меня очень мало времени, — Браун усмехнулся.
— В таком случае, приступим, — падре присел на краешек стула возле кровати и начал, как фокусник, извлекать из портфеля кипы бумаг.
— Как известно, вы полностью воспользовались правом на клонирование, и ваши пятеро разрешённых законом дубликатов успешно трудятся на различных государственных мероприятиях. Должен сказать, что вам удалось найти отличных нейропрограммистов, ваши клоны великолепны.
— Послушайте, падре... я не хуже вас знаю...
— Простите, мистер Браун, — перебил его падре, — но я обязан соблюдать установленную процедуру.
Падре откашлялся и продолжил вещать монотонным голосом, поминутно приглаживая волосы.
— Согласно архивных записей, вы проживаете третью жизнь в цепочке реинкарнаций, причём, надо заметить, весьма удачную жизнь. Разработанная нами технология сохранения накопленных человеком знаний для последующей жизни в вашем случае работает великолепно. Предыдущие реинкарнации обеспечивались положительными баллами с огромным запасом, но следует помнить, что и вы не были столь неоднозначным человеком. Во всяком случае, ваша деятельность на благо человечества с лихвой перевешивала ряд неблаговидных поступков, избежать которых не дано никому. Однако в настоящее время я вынужден сообщить вам, что баланс вашего духовного рейтинга отрицательный.
— Вот так, значит... — просипел Браун, ничуть не обескураженный.
— Боюсь, даже пять клонов не смогут набрать необходимое количество баллов за отведённый вам срок. Мне очень жаль. Как вы хотите распорядиться вашим капиталом, с учётом сложившихся обстоятельств?
— Как обычно. Все права и все деньги я предназначаю для своей следующей реинкарнации.
— Но... мистер Браун, вы же понимаете... Никто не позволит вам изготовить добавочных дубликатов, вы никак не сможете с их помощью выправить рейтинг!
— Я всё понимаю. Это вы... не понимаете. Давайте бумаги, падре.
— Я должен убедиться, что вы отдаёте себе отчёт в происходящем. Итак, для последующей успешной реинкарнации любому человеку необходимо в момент смерти иметь положительный духовный рейтинг. Только в таком случае аппаратура возвращения может гарантировать полноценное сопровождение духовной сущности...
— Именуемой душой, — вставил Браун.
— ...и контроль её внедрения в одного из ваших дубликатов Чем больше положительный баланс, тем больше вероятность успешной реинкарнации. Вы следите за моей мыслью? Хорошо, продолжим. Для облегчения накопления положительных баллов, закон разрешает каждому гражданину создавать до пяти дубликатов, запрограммированных совершать поступки, несущие пользу окружающим людям. Дубликаты не имеют души, точнее их душа — это душа оригинала, на чьём генетическом материале их создали. Обязанность гражданина — обеспечивать содержание своих клонов... простите, дубликатов. Вам, как человеку богатому и известному, не составляет труда это делать, но даже совместная деятельность пять клонов не сможет компенсировать грех убийства за отведённый вам короткий промежуток времени. Вы ведь совершили убийство, мистер Браун?
— Падре. Давайте бумаги. Всё будет в порядке.
— Хорошо. Я выполнил свой долг. Удостоверяю, что вы поняли мои объяснения и находитесь в здравом уме и твёрдой памяти. Но позволю себе ещё раз сказать, что вы совершаете ошибку.
Не отвечая, Браун принял папку с несколькими документами, размашисто начертал свою подпись в обозначенных местах и приложил палец к фиксатору на обложке. Теперь все деньги, все активы, вся собственность Брауна нынешнего автоматически перейдёт во владение его дубликату, который станет носителем духовной сущности «Браун» после её воскрешения или, так сказать, переселения. А в случае возможной ошибки, в случае, если всё же на момент смерти мистера Брауна его баланс не достигнет положительной отметки и реинкарнации не произойдёт, капиталы поступают в управление к дочерней компании Всеобъемлющей Церкви и К.
Браун позволил себе подумать, что, в сущности, если он сейчас ошибся, то функционеры этой компании только что стали богаты, как крезы. Нажав кнопку, он вызвал Кэтти.
— Девочка, передай мне линк. Спасибо.
Лотерея. Кто больше грешен — тот, кто подал сигнал лёгким движением большого пальца или тот, кто включил рубильник собственноручно установленного детонатора? Дважды ему везло, повезёт ли в третий раз? Разница заключается только в философской плоскости, поскольку в случае неудачи он ничем себе навредить не сможет.
Взяв в руки крохотный прибор, Браун набрал дрожащим пальцем давно заготовленную комбинацию цифр, и ему показалось, что дрогнули стены, когда клавиша «отправить» легонько щёлкнула. Если он всё правильно рассчитал — а до этого в подобных ситуациях он ни разу не ошибся, с утра будут гости.
Как будто выполнив тяжёлую работу, Браун откинулся на подушки. Через несколько минут он уснул тихим сном праведника.
Следующее утро началось с невероятного шума в коридоре, за дверью палаты. Сильный мужской голос что-то требовал, а голос Кэтти ему решительно возражал. Но в итоге победил мужчина. Распахнутая дверь со звоном ударилась о стену, и к Брауну шагнул высокий широкоплечий человек с петлицей госчиновника на широком лацкане пиджака.
— Мистер Браун? — пророкотал он.
— А как вы думаете? — сварливо ответил Браун. — Ожидали увидеть здесь Белоснежку?
— Мистер Браун, это правительственный чиновник, я их не пускала, но они меня не послушали... — залепетала Кэтти.
— Спасибо, девочка. Можешь быть свободна.
Мужчина откашлялся и без приглашения опустился на тот же самый стул, но, в отличие от падре, сделал это решительно, вольготно откинувшись на спинку.
— Мистер Браун, я представляю правительственную комиссию по ликвидации последствий мощнейшего землетрясения на одной из наших колоний.
— Чем могу... служить? — поинтересовался Браун.
— Катастрофа произошла на промышленной планете, пострадал единственный город, причём подземный город. Ситуация обостряется тем, что планете свойственна сильнейшая сейсмологическая активность, образно говоря, она представляет собой тонкостенный шарик, заполненный кипящей лавой. Абсолютно не пригодный для жизни мир, но чрезвычайно богатый редчайшими элементами и минералами, которые с успехом «варятся» в этом котле, — чиновник достал платок и промокнул лоб. Было заметно, как он устал.
— Как я могу помочь? Я владелец компаний и магнат, а не геолог... Возможно, я мог бы... предоставить технику, средства... а что касается остального...
— Позвольте показать вам запись.
Чиновник достал из кармана кругляш проектора, водрузил его на откидной столик возле изголовья и развернул так, чтобы голограмма оказалась перед лицом Брауна. Приглушив свет, он занял прежнее место. Через секунду началось воспроизведение.
Вероятно, камеру кто-то держал в руке, потому что изображение непрерывно дёргалось и дрожало. Но и такого качества картинки хватало, чтобы разглядеть Апокалипсис. Оператор бежал по коридору, широкому и просторному, охваченному с двух сторон тротуарами. По тротуарам в панике мчались люди, уворачиваясь от таких же обезумевших горожан, выпрыгивавших из многочисленных проёмов в стенах коридора. Вслед за ними, словно пытаясь схватить, высовывались языки пламени, а сквозь трещины в потолке лились тонкие струи расплавленного камня. Те, кто не успевал уклониться от таких водопадов, вспыхивали и сгорали в мгновение ока. Картинка периодически менялась, но общий фон оставался неизменным — мечущаяся толпа, огонь и лава. Звука запись не передавала, но и без того ужас происходящего, казалось, изливался на зрителя.
— Что это? — спросил Браун, заинтересовано, как показалось чиновнику, наблюдая за очередным лавовым языком, поглощавшим какой-то супермаркет.
— Это запись, переданная нам одним из уцелевших представителей власти во время экстренного сеанса связи. Город отрезан от поверхности, своими силами жителям ни за что не выбраться на поверхность. Прислать какую-либо помощь мы не успеваем катастрофически, когда спасатели прибудут, то застанут только остывающий камень. Единственный выход — как можно быстрее активировать Дубликатор. Как нам сообщили, потребуется не более трёх часов, чтобы активировать его и выдать первую партию клонов — около пяти тысяч.
— Так много? — поднял брови Браун.
— Да. Они занимались какими-то новыми разработками, спонсируемыми анонимным богачом, поэтому накопили огромные запасы биоматериала.
— Так в чём проблема? Вам что, требуется... моё разрешение?
— Как ни странно, да. Видите ли, первый подземный толчок, сопровождавшийся сильным взрывом, произошёл именно в районе Дубликатора, и первый лавовый выброс — тоже. В первые же мгновения огонь уничтожил генобанк лаборатории. Им просто нечем запустить процесс клонирования, нет основы. Но по какой-то невероятной случайности уцелела единственная ячейка, которую один из самоотверженных сотрудников успел поместить в термобокс и вынести в относительно безопасное место. Это была ячейка с вашим геноматериалом. Как она там оказалась, для чего — мы не знаем, но факт есть факт, номер духовной сущности совпадает — 4430003245AS-B.
— Это я спонсировал исследования...
— Как? Не может быть! Вот это случай... Мистер Браун, я пришёл к вам с одной целью — только вы можете спасти полтора миллиона человек.
— Каким же... образом, молодой человек?
— Дайте ваше согласие на изготовление максимально возможного количества дубликатов! Только клоны смогут спасти людей, программа, которую требуется вложить в их разум, уже готова. Осталось, буквально, только нажать кнопку!
— Вы бы не пришли, если бы... не существовало подвоха, верно? — Браун едва заметно улыбнулся.
— Да. Ни мы, не Всеобъемлющая Церковь не в состоянии спрогнозировать, как такое количество положительных баллов, несомненно полученных вашей душой от деятельности клонов по спасению людей, скажется на предстоящей реинкарнации. Информация о вашем рейтинге, конечно, строго конфиденциальна, но я не сомневаюсь, что он положителен. А ведь клонов, после завершения операции по спасению людей, придётся уничтожить... С другой стороны, пять разрешённых клонов — это не цифра, взятая с потолка, а плод многолетних научных и духовных исследований, большее количество вызывает эффект «цунами», как вы знаете. В общем, риск невозможно просчитать.
— И вы хотите, чтобы я... сам принял решение?
— Никто не сможет этого сделать, кроме вас.
— Вручаете скипетр бога, предлагая... пожертвовать вечной жизнью? Щедрое предложение, — скептически покачал головой Браун, изображая раздумье, — и ответ... вам нужен немедленно?
— Люди гибнут прямо сейчас, мистер Браун, — с огнём в глазах сказал чиновник.
— А как бы... вы поступили на моём месте, господин хороший?
— Э... Видите ли... я, так сказать, имею трёх клонов, в общем... я не могу ответить... — чиновник мигом погас и растерял убеждённость в своей непогрешимости. — Но поймите, вся жизнь общества, всей человеческой цивилизации базируется на понятии реинкарнации! Только единение церкви и науки позволило решить проблему вечной жизни! Вы подумайте, что миллионы людей просто не успели ещё накопить положительный рейтинг, разве они в этом виноваты?
— Ну конечно, они... не виноваты, но отдуваться будет старый Браун. Знаете, мне очень хочется сказать нет...
— Нет? — вздёрнул подбородок чиновник.
— ...но я готов рискнуть.
Через секунду ошалевший от счастья чиновник, уже мысленно подсчитывая грядущие положительные баллы, совал Брауну бумаги для подписи. Миллиардер подписал, что требовалось, и пожелал чиновнику удачи.
Эта часть плана никогда не казалась мистеру Брауну сложной для исполнения. Просчитать действия людей — что может быть проще? Но кто просчитает действия Всевышнего?
Вечером мистер Браун почувствовал себя немного лучше и понял, что приближается время. Уже дважды он прошёл через смерть, приобретя бесценный опыт, хотя и не сохранил непосредственных воспоминаний об увиденном. Никаких тоннелей, сотканных из света, он не помнил, но прекрасно знал, что нужно делать, в какое состояние духа необходимо себя привести, чтобы облегчить задачу техникам церкви. Аппаратура вовремя подала сигнал медикам, которые помогли мистеру Брауну закончить свою текущую жизнь безболезненно и без мучений.
Утром новой жизни мистер Браун открыл глаза в молодом здоровом теле...
...Обезьяны.
«Какого чёрта!» — попытался он закричать, но глотка исторгла визгливый вой, от которого стайка ярких птиц спорхнула с соседних веток. Потеряв равновесие, мистер Браун рухнул на покрытую перегноем землю, попытался вскочить на ноги, но колени отказались разгибаться до нормального положения, пришлось опереться на руки.
Что пошло не так? А главное, почему он мыслит? Реинкарнация в животных, конечно, происходит время от времени, но, так сказать, естественным путём, с потерей всех воспоминаний, так, как это и должно быть без вмешательства Церкви... О случаях сохранения разума мистер Браун не слышал даже анекдотов.
Он почувствовал приступ паники. Как получить доступ к своим деньгам, находясь в теле дурно пахнущего волосатого животного? Писать палочкой на песке просьбы о помощи?
Но нет, паника имела причиной не безвыходное положение, нет. Это какие-то внутренние инстинкты давали о себе знать, особые чувства, свойственные животному.
Мистер Браун развернулся всем телом и встретил взгляд фосфоресцирующих глаз крупного хищника. Между огромных жёлтых клыков тягучими каплями стекала слюна. Будь мистер Браун обычной обезьяной, через долю секунды он бы уже карабкался по верхним ветвям соседнего дерева, оставив хищника далеко внизу, но разве может изнеженный цивилизацией человек тягаться в скорости реакции с природой?
Не было рядом докторов, которые поспешили бы заглушить боль, поэтому обезьяна умирала чрезвычайно медленно и болезненно, чувствуя, как хищник пожирает её ещё живое мясо, как он пытается добраться до вкусной печени и ломает когтями рёбра.
Но прежде чем потерять только что обретённое сознание, мистер Браун успел по достоинству оценить юмор, с которым ему дали понять, насколько бесперспективно пытаться обмануть судьбу...

***

— Отличный малыш! Здоровый и подвижный. Жаль, мать не пережила родов, — мужчина в светло-зелёном халате, слегка забрызганном кровью, с такой же хирургической шапочкой на голове, держал в руках красного орущего младенца. — Генно-базовый анализ сделали?
— Да, конечно, — ассистент хирурга возился с клавиатурой. — Номер 4430003245AS-B, я как раз создаю банк-ячейку. Он, похоже, совсем сирота, мужа у этой женщины не было, родственников тоже.
— Значит, отправим на торги. Такой младенец без покупателя не останется.

Сергей Соколов © 2005